Александрийский сад

DSC_1105

Никого не оставляют равнодушными картины, написанные самой художницей-природой. Еще большего восхищения заслуживает райский уголок, созданный человеком. Посещение усадьбы А.А. Шаптала в с. Ильинка очаровывает красотой, а труд хозяина, переплетенный с творческими находками, заслуживает уважения.

DSC_1101 DSC_1100 DSC_1115 DSC_1094 DSC_1092 DSC_1117

Надпись на кованых воротах гостеприимно приглашает в «Александрийский сад». Такое название Александр Андреевич Шаптала присвоил своей усадьбе, суммировав имя и отчество. Землю под строительство дома ему выделили в 1991-м году. Когда коллеги по работе на шахте «Большевик» выбирали лесные места и недоумевали, оглядывая его «голый» участок, Александр Андреевич был настроен оптимистично: «Вырастет. Будет здесь лес». И вот через четверть века здесь живописное место, населенное декоративными «жителями».

Вспоминая, с чего все начиналось, Александр Андреевич проводит для нас экскурсию по своей усадьбе. Первая остановка – палисадник, где «новоселами» на необжитой территории стали два дубка, две пихточки, ели и кедр. Это место, где сегодня разрослись первенцы, образуя уютный уголок, он называет «полинсадик» в честь мамы Пелагеи Митрофановны, или как все звали ее, Поли. Ансамбль дополняет березка, которую он привез из Новоильинского микрорайона после того, как не стало матери. Белоствольная малышка «родилась» перед окнами дома в Новоильинском микрорайоне, где жила семья.

Обозревая видовое многообразие семейства деревьев и кустарниковых, не перестаешь удивляться их гармоничному соседству. Опережая наш вопрос, Александр Андреевич заверяет, что к услугам дизайнеров не обращался, все шло от души: «Где посадить – только из души идет. Спрашиваешь, она говорит. Мы думаем, а душа знает, ее только слушать надо, и она сама подскажет».

Хозяин выстраивает маршрут, следуя датам заселения своих питомцев. «Фирменные» мои, серебристые тополя, их в литературе называют белые», – он указывает на стройных колоновидных красавцев, устремляющих кроны в небо. Мелкая листва на ветру переливается, отсвечивая серебром. Первые поселенцы «белых» у Александра Андреевича появились в 2004 году, разводил их черенками, укоренял, рассаживал. Сегодня они дают богатое потомство, которое подселяется на гору к соснам и пихтам-старожилам, образующим лес с грибным богатством. Кроме стройных колоновидных здесь прижились «упитанные» другого вида, которые больше разрастаются не ввысь, а вширь. Александр Андреевич перечисляет преимущества «своих обитателей-серебристых»: «Вот что в городе нужно садить. Ни тени, ни пуха не дают. И растут быстро». Через год к ним подселились клен гиннала (остролистный) и вяз.

Каждый саженец был «воспитан» хозяином, он помнит «год его рождения» и происхождение. Две ели сизые, березу черную и лиственницу ему привезли из известного в Сибири Барнаульского института им. Лисавенко. В основном, все его декоративные растения из местных магазинов: «Сажать пробовал все, что у нас продается. Но не все приживается, многое вымерзает». Это относится и к капризному грецкому ореху, который долго приспосабливался к сибирскому климату. Александр Андреевич склоняется к грецкому ореху, который остается «в поре отрочества», плохо перезимовывая и отрастая заново каждое лето чуть больше метра. Растения, как дети в большой семье, воспитываются в одних условиях, а вырастают разные. Прошлая осень оказалась коварной, долго противилась наступлению зимы, а потом резко уступила, дав волю холодам. Поэтому под синдром заморозков попали не только грецкий орех, но и многие деревца, в том числе и «плакучие» ивы.

«Да тут еще много чего, – Александр Андреевич пытается переключить наше внимание и продолжить обход. – Это кедр тундровый, кустом растет. Жена с Поднебесных Зубьев привезла». Кедры здесь в изобилии и, в основном, привезенные из Таштагола. Родной скальный грунт поддерживает здоровье корневой системы и дает возможность безболезненно приживаться на новом месте. Разнообразие видов туи гармонично вписывается среди лиственниц, лип и барбарисов с еще сохранившимися яркими, игрушечными ягодками. «Это березка черная», – поясняет хозяин, обращая наше внимание на необычное миниатюрное деревце. – Привезена из института им. Лисавенко. Ей 12 лет». Неподалеку стоит привлекательный канадский клен, осень только начала прикасаться кистью к его крупной остроконечной листве.

– А это черемуха «неубиенная», привитая на обычной нашей черёмухе,– говорит он, и мы останавливаемся у небольшого деревца, задумываясь, за что же ее так нарекли. Она выделяется среди собратьев густой «прической» и светлыми листьями, которые становятся фиолетовыми уже к середине лета. Продолжающаяся экскурсия по заповеднику еще больше подогревает интерес. Не отставая ни на шаг, за нами следует рыжик с белыми вкрапинами, кот Мурзик, молчаливый, интеллигентный. При каждой остановке он присаживается и внимательно вслушивается в нашу беседу с хозяином.

– Вот клен фламинго, – Александр Андреевич показывает нам карликовое пестролистное деревце с розовыми верхушками. С виду маленький кустарник, но удивительно симпатичный. Неподалеку многочисленное семейство корейских пихт, богатых на урожай. Шишки у них красивые, необычной формы. А хвоя разнообразной формы и с обратной стороны серебристая. Что еще можно увидеть на территории, похожей на настоящий ботанический сад?! Вечнозеленый самшит, древнейшее растение смоковница, можжевельники разных «титулов» отлично смотрятся в «коллективе» аморфы каролинской, лещины фундук и разноцветных пузыреплодников калинолистных. Растения, в общем, знакомые по названию, но согласитесь, собранные в одной «частной коллекции», такое встретишь не часто.

– Какая красота,– не сдерживая эмоций, мы останавливаемся у деревца, которое привлекает необычной «талией». Александр Андреевич разделяет наше восхищение, представляя черемуху маака. Ствол у «грации» будто спаянный, но изюминка его даже не в форме, а в окрасе: с оранжево-красным  отливом и словно обработанный лаком. Мелкие плоды ее годны только для птиц. Ярко-зеленая тропинка из щавеля приводит к интересному растению. «Это скумпия, – поясняет хозяин, – очень приятное растение, цветущее. Но украшением служит не цветок, а кисточка, которая долго стоит до осени». Невдалеке «подмигивает» ослепляющей красотой миндаль. Зона декоративных отделена от «аппетитного» пятачка, на котором созревают ароматные яблоки и сладкий виноград. Здесь же расположен растительный «детский сад» – питомник, куда отправляются «на воспитание» черенки всех саженцев. « Ярмарка» цветов, в основном, сформированная из многолетних, примыкает к летнему пруду, на берегу которого величаво раскинулся маньчжурский орех. У него замечательные соседи – амурский бархат и ивы, образующие зеленую стену.

«Мозаика» сада продолжается рядами пихточек и кедров, разбавленными грациозными голубыми елями. Здесь нас встречает строгий сторож, рыженькая Лисичка, выражающая недовольство в адрес непрошенных гостей «ворчащим» лаем. Проходим мимо элегантного кедра глаука с хвоей серо-голубого оттенка. Александр Андреевич уверяет, что хвойное не скупится на шишки, плодоносит каждый год. Белые мелкие цветочки, разросшиеся белоснежным ковром, добавляют к свежести воздуха приятный медовый аромат, который окутывает рядом стоящую яблоньку с сезонным названием «Осенняя радость», кусты спиреи, многообильный клематис и вечнозеленую магонию, которая не сбрасывать наряд осенью и быстро прихорашивается после зимы. В завершение экскурсии мы еще раз обозреваем картину Александрийского сада, в центре которого возвышается особняк, «купающийся» в красках осени… Красота, которая рождается по велению души.

И. Канашевская.

Social comments Cackle